+37126549809
Латвия, г.Рига
Психологические консультации

Контакты:

Почта - valrit@ya.ru 

Тел. 26549809

Новости

Большинству из нас известен этот миф - про поиски второй половинки. А где же ее все-таки искать? Об этом вы узнаете в моей новой сказке, которая так и называется - "Где моя вторая половинка?" 

27.12.2016
Картина
27.12.2016

Если вы со мной знакомы или являетесь моим клиентом, наверное, вы знаете, что я пишу картины маслом. А теперь я написала еще и сказку про Художника и его Картину, которая ...

Вот родилась еще одна история. Непростая история. История о самостоятельности, о цельности личности. Может быть, история о вас?...  


 

25.02.2016

Клетка. Часть 3

(Читайте Часть 1 и 2)

Это – не выдуманная история. Это горькая история реального человека.

Если родители вас искренне любили, сказки «Клетка» - не для вас: вам будет трудно понять описанное в них.

Но это вовсе не значит, что подобная история не может быть вообще. Наверняка, у вас тоже есть проблемы, которые вам кажутся непреодолимыми, тогда как для других таковыми не являются.

Автор надеется, что эти сказки поддержат тех, кто пережил описанное в них.

 

* * *

«Да, клетка распалась. Я свободен. Что дальше?».

… Странно. Вроде и свободен, и ничего не держит, а уйти от клетки насовсем – не могу. Такое ощущение, что еще что-то удерживает меня здесь. Что-то еще не доделано. И это вызывает двоякое чувство: недовольство – да что же это такое! Ну, сколько можно! И в то же время – растерянность…, что ли: непонятно, в чем дело?!

И тут, как из-под земли, появляется она. Та, которая меня родила. Обычно таких называют матерями. Но мой язык не поворачивается назвать ее этим словом. Вам трудно это понять? Допускаю – сытый голодного, как известно, не разумеет.

Я всегда ее видел… ммм…, как коршуна. Она кружила надо мной; стоило мне только пошевелиться или сделать что-то не так, как хочет она, тут же клевала своим острым клювом... Да разве ж это – мать? В глубине души я называл ее «тетка» - абсолютно чужой мне, посторонний человек, которому кем-то дано право определять мою жизнь.

… Я хочу расстатьсяс горечью моего детства – оно оставило жестокие следы в моей душе. Сегодня оно – в моем прошлом; но так живо до сих пор!…

Теперь я чувствую в себе силы и готовность отпустить эти воспоминания, эти тяжелые переживания, жгущие меня ранее. Я помещаю вас в воздушный шар, чтобы выпустить наружу – пусть ветер унесет и горечь исчезнет. Моя душа, наконец, будет очищена.

… Если бы произошло, практически невозможное – ты бы села рядом и тихо попросила прощения у меня, твоего ребенка, Уродца, которым ты меня сделала…

О-о-о-о, и тут я слышу твое возмущение: «Что-о-о?! Как, я, твоя мать (да тетка ты, а не мать!), должна просить у тебя – моего ребенка (то есть моей вещи, моей собственности) – прощения?!... И за что же, интересно узнать?!».

Да за многое. Могу рассказать. Если ты захочешь меня услышать.

Например, за то, что сделала из меня Уродца на долгие-долгие годы.

… Когда ты выходила из комнаты, оставляя меня одного, я устремлялся в свои фантазии, чтобы лишний раз не чувствовать, что, на самом деле, сижу в клетке. В своих фантазиях я представлял себя свободным: как, когда вырасту, буду жить без тебя и твоих вечных претензий и указаний «как надо». И в этих фантазиях я жил так, как хотел сам. Я чувствовал: во мне есть своеобразный камертон – мое Истинное Я, которое всегда подсказывает мне, что – мое и резонирует с моей личностью, моей природной сущностью, а что – нет.

Когда же ты появлялась в комнате, я вздрагивал и судорожно вспоминал: что я сегодня сделал, по твоему мнению, не так, как надо? За что ты опять можешь меня выругать или наказать? Ведь я никогда не слышал от тебя: «ты молодец», или «у тебя хорошо получилось», или просто «ты мой маленький», произнесенные с улыбкой. В твоих глазах я всегда читал ледяные слова: «Ты мне должен. За то, что живешь». Фактически, я должен был отрабатывать право жить. Ты даже не представляешь, что это такое!

Наверное, тебе так было удобно. Будучи нелюбимой своей матерью, ревнуя ее к своей сестре, тебе нужна была компенсация – кто-то, кто был бы в твоей власти, на фоне которого ты смогла бы чувствовать себя в выигрыше. Потому что этот кто-тооказался бы еще в более худшем положении, чем ты. Тот, на кого можно было бы смотреть сверху вниз и наслаждаться, утешая себя мыслью: «Меня не любили, но тебе-то еще хуже – ты вообще Уродец. Ты – никто».

Да, ты не смогла жить, как хотела бы. Ты пыталась заслужить любовь своей матери. Но так и не добилась этого. И потому сочла, что за это кто-то должен заплатить. То есть – я.

… Я не могу поблагодарить тебя за то, что у тебя не складывались хорошие отношения с мужем – моим отцом, и поэтому вы с твоей матерью решили: нужно родить ребенка, чтобы удержать мужа. Как это делают многие женщины. Хм…, разве любовь к мужу или будущему ребенку руководит вами?

Ты решила, что я – ребенок – должен исправить ваши отношения. То есть свои ошибки и ответственность за них ты переложила на меня. И, конечно, у тебя ничего не вышло! Отец сказал: «Ты не спросила меня, а мне ребенок сейчас не нужен – я не готов. Нам бы с нашими отношениями разобраться – они и так сложные, безрадостные, куда ж еще ребенок? И поскольку вы с твоей матерью решили без меня, вот сами и занимайтесь им».

Так я и родился изначально никому ненужным. Так я и обременил тебя своей жизнью. Вот ты и отделалась от меня – посадила в клетку с глаз долой, чтоб не мешал; только кормить приходила.

То есть я не решил твою проблему и за это тоже должен был платить… Ты можешь попросить у меня прощение за это.

А еще за то, что я не чувствовал опоры и поддержки от вас – моих родителей. Для вас я был лишним, отвергнутым. Меня же охватывал ужас смерти и страх двигал мною: «Мне нужно выжить!» - говорил я себе, - «Ищи способы!».

Я не могу сказать тебе «спасибо» и за отсутствие любви, душевного тепла, поддержки в трудных ситуациях в виде слов: «Ничего, неудачи бывают, в следующий раз у тебя получится!», или «Ты все равно для меня – самый лучший». Потому тогда во мне родилось убеждение «Я – недостойный».

Ну, тут ты, конечно, начнешь перечислять, как много ты для меня, неблагодарного Уродца, сделала. Нет, не «неблагодарного Уродца», а «Уродца Неблагодарного» - такого вида детей, которые не ценят то, что сделали для них родители. В отличие от другого вида – «Дети Обязанные»: те дети, которые отслуживают заботу родителей всю свою жизнь, разрываясь между своей семьей, где их собственные дети лишаются внимания своих родителей, и своими родителями – так как на всех времени не хватает.

Нет, тетка. Родительство – это не власть над маленьким ребенком и не ненависть к нему из-за того, что не оправдал ваших надежд. В первую очередь, это любовь к нему. А когда он вырос – просто поддержка: лети самостоятельно, а я просто буду смотреть за твоим полетом и поддерживать тебя, когда тебе это необходимо.

… И это не благодаря тебе однажды я понял, что вовсе не Уродец.

Это не благодаря тебе появилась робкая мысль, что ко мне приклеили ярлык «Уродец». Чужой ярлык, не мой. И этот ярлык – не есть я.

Ты не знаешь, чего мне стоило жить в клетке, вырваться из нее. Ты не знаешь, какую цену я за это заплатил.

Окаменело мое сердце. Тебе не достучаться до него. Ему нужно было выжить. Скопившаяся в нем боль постепенно отвердела, чтобы не чувствовать ее больше.

Сейчас я уже взрослый. Моя душа распрямилась после клетки и смягчилась. Я живу своей жизнью (а не твоими приказами), и она наполнена радостью. Но - не благодаря тебе.

Правда, иногда ноют шрамы, оставшиеся от клетки – некоторые из них не зажили до сих пор. Но ничего, со временем я и их залечу. Я больше не твоя вещь, я больше не в твоей власти.

… Я представляю себе, что ты пришла ко мне. Я смотрю тебе в глаза и понимаю: ты пришла вернуть утраченную власть, иллюзию собственной правоты; оправдать себя за то, что посадила меня в клетку. Как всегда, ты приходишь ко мне волком в овечьей шкуре – с покаянным видом, но с ножом за спиной.

Это уже бывало: ты мягко стелешь, обволакиваешь словами частичного признания вины, чтобы, получив мое прощение, сбросить овечью шкуру – нет, ты же не можешь быть виноватой передо мной, Уродцем! Ты можешь признать, что, возможно, была со мной не совсем права, … так, чуть-чуть. И твоя просьба о прощении – всего лишь оплата индульгенции грешнику.

И если раньше я тебе верил, то теперь не верю, потому что знаю: стоит мне сделать шаг навстречу – простить ту боль унижений, которую я пережил от тебя - как, приняв мое прощение за слабость, ты снова вернешься к своей истинной сути - снова начнешь повелевать, с прежней яростью высказывать свое вечное недовольство и претензии: пункт первый – я тебе должен, пункт второй – почему не выполнил пункт первый.

Сегодня я такой возможности тебе не дам; сегодня я тебя только выслушаю. И тебе самой придется решать: твои слова о прощении искренни, из глубины души, или всего лишь временная роль. Быть твоей жертвой я больше не хочу, поэтому ответственность за твое решение я отдаю тебе.

И – какова цена твоим словам?

Да, ты кормила. Нет – ты создавала видимость заботы обо мне. На самом деле ты заботилась о том впечатлении, которое производила на окружающих: ты просто играла очередную роль – роль заботливой матери, ненавидя меня в душе. Ты считала, что своим появлением я лишил тебя той жизни, которую ты бы вела без меня. И задачу улучшить твои отношения с мужем я тоже не выполнил. Так ты меня назначила виновником всех неудач в твоей жизни.

Слышите? Все из-за меня!

Почему же я – твой ребенок – виноват в этом?! Разве ребенок – это инструмент для ремонта отношений?!

А теперь услышь меня!

Да, ты постаралась позаботиться о том, чтобы я был одет, обут, накормлен и получил образование, опять же, по твоему выбору, не считаясь с тем, есть ли у меня к этому способности или нет. То есть забота о ребенке является формальной обязанностью родителей, что-то типа «любишь кататься, должен и саночки возить», так что ли?

А разве ты этого ждала и старалась заслужить у своей матери? Нет. Ребенок от родителей ждет любви, а не выполнения обязанностей.

Молчишь. Не ожидала. Но я-то знаю – тебе хватит и десять секунд, чтобы опомниться и налететь на меня со словами: «Как ты смеешь такое говорить мне?! Я тебя родила! И за это ты должен быть мне благодарен!». И тут же начнешь перечислять Список Моих Прегрешений.

Так ты не хочешь выслушать меня? Ты просто хочешь вернуть ощущение своей безгрешности? Ты пришла за индульгенцией, которая ничего не изменит?

Сегодня я тебе скажу то, от чего ты не сможешь отмахнуться: ты не дала мне самого главного – материнской любви. Я не знаю, что это такое. Я знаю только, что такое стараться быть хорошим, стараться тебе понравиться, заслуживать твое внимание и твою хорошую оценку. И вот это – действительно, уродство, от которого я еще долго буду избавляться. И цена этому – моя искореженная жизнь. Не слишком ли дорого – оплачивать и твою, и свою судьбу?

Хочешь знать, что бы я хотел услышать от тебя? Я тебе подскажу:

«Прости меня. Прости меня за то, что не смогла тебе дать то, в чем ты нуждался больше всего – мою любовь, или хотя бы свое тепло своего сердца. Прости меня.

Теперь, когда я стара и сама нуждаюсь в твоей любви, я чувствую, каково это было тебе – жить в душевном холоде. И теперь я понимаю и тебя. И прошу простить меня за это.

Я знаю, что опоздала со своей просьбой. Опоздала на срок, равный твоей жизни. Прости меня.

Я хочу признаться: я и сама-то не получила любви от своей матери. И я тоже, как и ты, старалась привлечь к себе ее внимание, заслужить ее любовь. И мои старания, как и твои, оказались напрасными. Видишь, какая у нас похожая история?

Я не жду от тебя слов прощения. Я пришла не за ними. Я пришла сказать тебе эти слова. Я пришла сказать: прости, что не смогла тебе дать то, чего не получила и не знала сама»…

И мы бы с тобой обнялись и поплакали об одном – о неполученной обеими любви. И слезами омыли бы свои измученные души. И я, конечно, простил бы тебя потому, что, несмотря ни на что, ты – моя мама. Моя единственная, моя любимая мама.

И ты сожгла бы свой Список Претензий, а я – свой, состоящий только из одного пункта: « Мама, ты никогда меня не любила. Только требовала. Так не проси любовь от меня».

… Вот теперь я чувствую, что эта горькая история для меня закончилась. Я окончательно простился с клеткой и могу уйти отсюда.

Я выпускаю свой воздушный шар детской горечи... Он удаляется и растворяется где-то вдали…

… И мне очень жаль, что такой разговор состоится только в моем воображении.

А, может быть, ты все же услышишь меня?

 

Автор - Валентина Риторова, психотерапевт

© 2016. Риторова В. Все права защищены

    Добавить комментарий
    Введите код с картинки
    Необходимо согласие на обработку персональных данных